О масштабах катастрофы на Чернобыльской АЭС мир узнал из репортажей комментатора программы «Время» Александра Крутова. Его группа-оператор Евгений Шматриков, видеоинженеры Александр Маркелов и Владимир Захаров, водитель Александр Шаповал - была единственной, показывавшей Чернобыль в первые две недели после взрыва. За серию чернобыльских репортажей московские телевизионщики получили премию Союза журналистов. Их документальный фильм «Боль Чернобыля» был признан лучшим на Международном кинофестивале в 1986 году в Монте-Карло.
А.Крутов, Я.Амелина, Человечество не учится ничему. Духовный Чернобыль страшнее ядерного (беседа с очевидцем чернобыльских событий)
После первой поездки Кругов был в Чернобыле еще несколько раз, снял там и второй фильм - «Предупреждение». Депутат Госдумы, заместитель председателя Комитета Думы по информационной политике Александр Крутое рассказывает о событиях тех дней и размышляет об уроках атомной катастрофы.
- Как получилось, что первой в Чернобыле оказалась именно ваша съемочная группа?
- Да просто никого туда не пускали, а мы приехали из Москвы, и добро на это дал сам ЦК КПСС. К программе «Время» тогда все относились с уважением. Но распоряжение ЦК действовало только до 30-километровой зоны вокруг АЭС. Дальше мы прорвались сами - честно говоря, обманув стоявшую на границе стражу. Нас никто не ждал.
Когда мы пришли в штаб, располагавшийся в администрации города Чернобыль, тогдашний заместитель председателя Совета министров СССР Иван Силаев сказал, что сейчас нас отсюда уберут, потому что никаких указаний насчет нас не поступало. Он звонил в ЦК, там подтвердили, что послали нас, а потом спросили: «Что, они у вас? Ну, покажите им что-нибудь». И нам сказали, что мы можем сесть в вертолет, облететь станцию.
Так мы туда попали. После того, как мы дали первый репортаж, нас узнала вся Украина. И в последующие дни мы, по-прежнему без всяких пропусков, внаглую, по-журналистски подъезжали к зоне и говорили, что мы - программа «Время». И нас пропускали. А когда спрашивали, почему нет официальной бумаги, мы отвечали: «Пишут бумагу». А других просто не пускали - тридцатикилометровая зона была закрыта для всех.
Полностью статья опубликована в журнале
"Основы безопасности жизнедеятельности" №4 2006 г.
